Величайшее шоу за пределами Земли. Глава 7

Саймон уставился на человека в сером, стоявшего на пороге.

Серый человек, глядя сквозь дымчатые очки, уставился на него в ответ.

Наступила та самая тишина, которую называют затянувшейся паузой.

Саймон прикусил губу. Этого не должно было случиться! Во всяком случае, не сейчас.

— Могу чем-нибудь помочь? — спросил он настолько уверенно, насколько смог.

Человек в сером криво усмехнулся: — Это еще предстоит выяснить.

— Вы из «Свидетелей Иеговы»? Кажется, я как-то покупал у вас «Сторожевую башню».

— Я не из «Свидетелей Иеговы». — Кривая ухмылка человека в сером превратилась в злобный оскал. — Я, если угодно, Возмездие Иеговы.

— Я уже скидывался на пожертвования, спасибо. Всего доброго. — Саймон начал закрывать дверь, но человек в сером подставил ногу.

— Кажется, ваша нога мешает мне закрыть дверь.

— Именно. — Серый с силой пнул дверь, так, что та едва не слетела с петель. Саймон отлетел назад и приземлился у подножия лестницы (именно там чаще всего оказываются северяне, застигнутые врасплох).

Человек в сером стремительно вошел в прихожую и захлопнул за собой дверь. Саймон с трудом поднялся на ноги.

— Так, послушайте.. — начал он.

— Нет, приятель, это ты послушай. Я тащился за тобой всю дорогу от «Брэмфилд Армс». Ты ведь удрал оттуда в спешке, а? Услышал то, чего не следовало? Узнал то, чего не следовало знать?

— Я не понимаю, о чём вы. Мне, кажется, уже пора к стоматологу.

— «Кажется», «кажется»… Ты можешь хоть одно предложение закончить без этого своего «кажется»? — Серый человек сделал ещё шаг вперёд. Саймон не отступил.

— У меня тут, кажется, где-то было письмо от врача.

— Письмо? Ты о чём вообще?

— В бумажнике. Кажется. — Саймон выудил кошелек из кармана брюк. — У меня диагноз.

— Да неужели? — Человек в сером уставился на него в упор. Саймон почувствовал его дыхание. Пахло прескверно.

— Сейчас покажу. — Помощник садовника извлёк засаленный, затертый до дыр конверт. Он протянул его, и серый человек выхватил бумагу, обнюхал с подозрением, вскрыл и вытащил мятый листок.

— Это еще что такое? — потребовал он объяснений.

— Прочтите, там всё написано, кажется.

Человек в сером принялся читать: — «Настоящим подтверждается, что Саймон…» — он запнулся и поднял глаза. — Это что, правда твоя фамилия?

Саймон уныло кивнул: — Я стараюсь о ней не думать.

— Оно и видно. Так… «Настоящим подтверждается, что Саймон (фамилия указана выше) является моим пациентом в течение десяти лет и страдает потерей кратковременной памяти. В связи с чем он освобождается от занятий по физкультуре, а в зимний период ему должно быть обеспечено место у батареи». Что это за чушь?

— Справка от врача. Понимаете, я всё забываю. Постоянно. Вот вы сказали, что я был в «Брэмфилд Армс». Может, и был. Не помню.

Серый человек приподнял бровь точно такого же серого оттенка.

— Это не моя вина. Я не нарочно.

— То есть ты не помнишь, где был, скажем, вчера вечером?

— Вчера вечером… — Саймон поджал губы. — Дайте мне немного времени, и, думаю, я всё вспомню.

— И сколько же времени тебе нужно?

— Доктор сказал — лет пятнадцать.

— Да ты что? И когда же он тебе это сказал?

— Около пятнадцати лет назад, когда он её выписал. Кажется.

Человек в сером окинул Саймона оценивающим взглядом.

— А ты, как я погляжу, придурок, — промолвил он. — Кажется.

Саймон безнадёжно кивнул:

— Пожалуй, так и есть. А вы зачем заходили? Счётчик проверить?

— Да, именно так. Проверить твой счётчик. И я его проверил. — Человек в сером решительно зашагал к выходу и с такой силой распахнул дверь, что чуть не выломал замок. — Всего хорошего, — бросил он.

— Э-э, ещё кое-что.

Человек в сером обернулся.

— Можете вернуть мою справку, пожалуйста?

Человек в сером скомкал листок и швырнул его в Саймона.

— Придурок, — повторил он, выходя на улицу.

Саймон помедлил секунду, после чего поспешил в гостиную и снова приподнял край тюлевой занавески.

На углу улицы стоял блестящий серый фургон. Серые спутники человека в сером лениво подпирали его борта. Незваный гость Саймона подошёл к ним. Они обменялись парой слов. Гость покрутил пальцем у виска и махнул рукой в сторону дома Саймона. Раздался дружный смех. Затем все трое мужчин в сером забрались в фургон и укатили в сторону огородов.

Саймон вернулся в прихожую. Захлопнул дверь и снова накинул цепочку. Он подобрал свою «справку от врача», разгладил свежие помятости, вложил листок в конверт, а конверт — в бумажник. Убрал бумажник в карман и похлопал по нему ладонью, довольно улыбаясь.

Старая «справка» сослужила ему добрую службу. В прошлом она не раз выручала его из скверных переделок, да и в чужие постели приводила частенько. Поразительно, как быстро по деревенским дамским кружкам разлетались слухи о том, что появился симпатичный молодой человек, с которым томящаяся домохозяйка может воплотить свои самые сокровенные фантазии, будучи абсолютно уверенной: на следующее утро он ничего не вспомнит.

— Придурок? — переспросил Саймон. — Как бы не так… — Но тут лицо его омрачилось. — Книга, — произнёс он. — Эта книга…

Саймон вернулся наверх, уселся на кровать и взял в руки злополучную книгу. Он постучал костяшкой пальца по носу Рэймонда.

— Мы не слишком удачно начали, верно? — спросил он.

Книга не ответила.

Саймон снова пролистал её и нашёл нужное место.

* * * В дверь Саймона постучали. К счастью для Саймона, это был всего лишь почтальон. * * *

Саймон щёлкнул зубами. — Неправильно, — сказал он и продолжил чтение.

* * * Или Саймону так показалось. Хотя почему он решил именно так — неясно… * * *

Саймон заскрежетал зубами.

* * * …особенно учитывая поразительную, некоторые даже назвали бы её сверхъестественной, проницательность, которую он проявит позднее. * * *

— Ага, — сказал Саймон. — Вот оно что.

Он продолжил читать. Там было всё. Его встреча с невзрачным типом в сером у двери. Всё сошлось, но было и отличие. Версия в книге выглядела куда эффектнее: в ней Саймон виртуозно выставлял человека в сером дураком, после чего выпроваживал силой в коридор и вышвыривал на улицу.

Саймон задумчиво прикусил ноготь большого пальца. С чего бы это?

— О господи, — пробормотал он. — Кажется, я понял. Должно быть, именно так я и преподнесу это тому, кто напишет книгу. Я просто хотел, чтобы всё было именно так. Проклятье.

Саймон швырнул томик на пол. Какой прок от этой книги, если в ней одни преувеличения и полуправда? Какая жестокая, горькая ирония. Подорвался на собственной мине. И всё в таком духе.

— Погодите-ка. — Саймон подобрал книгу и провел обгрызенным пальцем по глянцевой обложке. — Но теперь-то я об этом знаю! Значит, так. Если я прямо сейчас дам торжественный обет: говорить правду, только правду и ничего, кроме правды любому, кто в будущем решит расспросить меня о случившемся… тогда… — Саймон задумался. — Тогда всё, что написано обо мне в этой книге с этого самого момента, будет чистой истиной. Да. Это должно сработать. Просто обязано!

И это казалось логичным. Ну, настолько логичным, насколько вообще может казаться нечто столь невероятное.

Саймон почесал в затылке. Говорить правду, всю правду и ничего, кроме правды — задачка не из легких. Но сделать это было необходимо: только так он мог быть абсолютно уверен, что в точности исполнит всё, что предсказано ему в книге.

И прелесть заключалась в том, что если действовать осторожно и читать книгу по чуть-чуть, позволяя реальным событиям настигать прочитанное, он каждый раз будет бить в яблочко. Ведь он заранее будет знать, как поступить — он же только что прочел о том, как сам это сделал. Магия, да и только.

Возможности открывались безграничные.

— Так, надо всё обмозговать, — пробормотал Саймон. — Скажем, к примеру, я хочу завтра сделать ставку на скачках. В данный момент я понятия не имею, какая из лошадей придет первым. Но через полгода, или когда там автор этой книги будет брать у меня интервью, я уже буду это знать. Значит, если я скажу ему, что ставил именно на тех победителей, и прослежу, чтобы он вписал их клички в книгу... тогда я смогу заглянуть в нее прямо сейчас и узнать, кто выиграет завтра. А значит, я ни в чем не совру автору, ведь я действительно выиграю на этой самой ставке.

Саймон принялся потирать руки: в голове уже роились мысли о многомиллионных кушах на фондовой бирже и мировых финансовых рынках. На сей раз он точно напал на золотую жилу. Эта книга — его пропуск в рай.

— Может, пролистать на пару глав вперед и посмотреть, не качаюсь ли я на волнах на собственной роскошной яхте в окружении красоток с обложек журналов?

Искушение было непреодолимым. От одного беглого взгляда хуже ведь не станет, верно?

— О, еще как станет, — Саймон энергично закивал. — Так и с ума сойти недолго. Мне придется соблюдать строжайшую дисциплину. Работать строго по одной странице за раз. Итак, с чего начать? Хм. Что ж, начну с малого. Завтра первым же делом пойду в банк и сниму пятьдесят фунтов. Сверимся с первоисточником? — Саймон воровато поозирался по сторонам и принялся неистово листать книгу.

* * *

В то утро Саймон был первым в очереди у дверей банка. Когда в девять тридцать заведение открылось, он вошел внутрь и снял все свои сбережения. Ровно сто фунтов.

* * *

— Сто фунтов? — Саймон погладил подбородок. — Кругленькая сумма. Ну что ж, пусть будет сто фунтов. А что дальше?

* * *

Затем он направился в букмекерскую контору, где сделал свою ставшую уже легендарной ставку — экспресс на четырех лошадей.

* * *

— Да! — Саймон запрыгал и принялся трясти кулаками над головой. Он целовал обложку книги, приговаривая: «Да, да, да!». Он повалился на кровать и задрыгал ногами в воздухе. — Да! — выкрикивал он. — Да! Да!

На сей раз он точно поймал удачу за хвост, вне всяких сомнений.

— Спасибо, Рэймонд, — Саймон прижал книгу к груди. — Это твоих рук дело, да? Каким-то образом ты прислал мне эту книгу из будущего. Из того будущего, где ты становишься… как там? — Он перечитал заголовок. — Спасителем человечества. Гениально. Похоже, мы оба сорвали куш. Кто нас теперь остановит, а? Серые люди от меня отвязались. Пусть идут копаться на своих грядках. А я «окопаюсь» здесь. В финансовом плане, разумеется. А ты спасешь человечество от чего бы то ни было, от чего его там надо спасать. Гениально. Просто гениально. Да?

* * *

И на этой ноте, к счастью, мы пока оставим Саймона. Лежащим на кровати, прижимающим к груди книгу Рэймонда, болтающим ногами в воздухе и повторяющим слово «Да!».

Зрелище не из приятных. Впрочем, наблюдать за тем, как какой-нибудь безжалостный, черствый, эгоистичный сукин сын идет к своей цели, наплевав на остальных, — удовольствие сомнительное. А что хуже всего в данном конкретном случае, так это то, что наш сукин сын воочию видел, как летающая морская звезда уволокла его лучшего друга в космос; узнал, что подобное случается сплошь и рядом, а специальные команды людей в сером подчищают следы; и что всё это — часть дьявольского заговора, призванного скрыть межпланетную торговлю людьми в маринованном, консервированном или упакованном в пузыри виде.

И что же делает этот сукин сын, обладая столь чудовищными знаниями? Использует ли он книгу из будущего как мощное оружие, чтобы спасти мир от пришельцев, которые втихую охотятся на людей?

Щас, разбежались! Он использует её, чтобы набить себе карманы!

Сукин сын!

* * *

Хотя… может, мы слишком строги к Саймону? В конце концов, волен ли он в своих поступках? Он держит в руках книгу, предрекающую его будущее. Будущее, которое уже предрешено и от которого невозможно уклониться. Подобно тому, как Иуда был с рождения обречен на свое грязное дело, Саймон — жертва предопределенной судьбы. Беспомощный и лишенный какой бы то ни было подлинной свободы воли.

Возможно.

Возможно...

Но как тогда быть с тем, что он обвел вокруг пальца человека в сером при помощи липовой записки от врача? Подобный фокус никому бы не сошел с рук, верно?

А ему сошло.

Вот же сукин сын!