Величайшее шоу за пределами Земли. Глава 25

А что насчет самого любителя кур? В самом деле, как там, Долговязый Боб?

Дик-браконьер выставил трибуны, обступившие фермерский двор с трех сторон, прямо напротив двери в большой курятник. Двор был залит светом гирлянд из тех самых жутких уличных фонариков, что развешивают по праздникам невыносимые соседи, устраивая шумные барбекю. На это барбекю они вас, конечно, не зовут, зато приглашают кучу эффектных девиц, которые к концу вечера раздеваются и начинают резвиться в бассейне — на строительство которого сосед, кстати, так и не получил разрешения. Вы чуть не вываливаетесь из окна спальни, пытаясь разглядеть происходящее в бинокль, а потом кто-то вызывает полицию, сосед решает, что это сделали вы, и на следующий день приходит набить вам морду. Вот именно такими фонариками и был освещен двор. А гриль Долговязого Боба пылал вовсю.

И что это был за странный звук?

— Что это за странный звук? — спросил серый человек номер один. Он вместе со своими серыми товарищами притаился в густых кустах на вершине холма. — Это что, пение, или мне кажется?

Серый человек номер два поправил навороченный бинокль ночного видения, произведенный компанией «АКМЕ Оптические инструменты» из Эдема.

— Дверь большого курятника открывается. Мать честная, ну и ну, гляньте-ка на это.

Серый человек номер один приставил бинокль к своим прищуренным серым глазам и бросил прищуренный серый взгляд. И тоже выдал: — Мать честная, ну и ну.

Из курятника, тянулась извилистая процессия. Впереди шел Долговязый Боб во всем своем величии: облачение из мешков для семян, на груди — светящаяся пентаграмма из перьев и крылатый шлем. В руках он раскачивал кадило.

Он нараспев произносил что-то, подозрительно напоминающее «Ом Мани Падме Кур». Или, возможно, это была «Птичья песенка». А следом за ним шагали куры. Рядами по четыре. Чеканя шаг. И подпевая.

Такие нежные, тонкие голоса. Прямо хор херувимов. Как бы не так.

Долговязый Боб остановился у гриля в центре двора, а куры прошествовали мимо него, распевая во всё горло. Они проследовали к трибунам и, как по нотам, расселись по местам. Никакой толкотни, всё очень цивилизованно. Очень организованно.

— С капелькой того, с щепоткой сего и с чуточкой… — Долговязый Боб покрутил задом и принялся изображать пальцами клювы.

Полный бред. И вот…

Из фермерского дома вышли Красотка, Дэйв Вояка и три «Римские свечи» (речь всё ещё об инциденте с парашютами, а не о пиротехнике). Они подпевали и раскачивали кадила.

А где же ужасный Годольфин?

А, вот и он, собственной персоной.

Дверь сарая для инструментов распахнулась, и появился Дик, волоча за собой монахиню на высоких каблуках с кляпом во рту.

— Монашки в бандаже, — прошептал серый человек номер один. — Я бы на это посмотрел.

Следом за Диком, понуро опустив голову, плелся пёс в рясе.

Монашка с кляпом брыкалась и отбивалась, но Дик тащил её дальше, осыпая проклятиями и отвешивая трусливые тумаки.

— Что именно они вытворяют? — спросил инспектор Д’Рянь, зарывшийся в высокую траву, которую Саймон пропустил во время своей косьбы «Алленом». — Ни черта не разберу.

— Вы смотрите в бинокль не с того конца, — отозвалась главный инспектор Лестрейд под аккомпанемент хихиканья констебля Дерека.

— А, ну да, теперь вижу отчетливо. Но когда мы перейдем к действиям? Я не слышал ни писка от П.У.К. насчет того, когда они собираются выкуривать этого Попкина.

Констебль Дерек беспомощно забился в траве, засунув кулак в рот.

* * *

— О возлюбленные мои, — воскликнул Долговязый Боб, — мы собрались здесь сегодня вечером, святые братья и сестра, дабы приветствовать рассвет нового начала. Чтобы почитать, и поклоняться, и приносить жертвы Тому, кто спасет нас, когда свет обратится во тьму, а тьма покроет лик Земли. Ныне же, как предсказано, когда луны сойдут с орбит и настанут Последние Времена, давайте же славить Великого, давайте поклоняться ему и вообще всячески подлизываться, если нам дорога наша шкура. Да будет так. Слава Курице-Феру.

— Слава Курице-Феру, — эхом отозвались те, кто раскачивал кадила, и бедолага, которому доставались яростные пинки.

— Слава Курице-Феру, — подхватил пёс того самого бедолаги. — Слышь, Дик, приятель, я умею говорить.

— Мы будем петь, — продолжил Долговязый Боб. — Гимн номер три из Сборника гимнов Последних Времен: «У старого Макдональда была ферма», пропуская куплеты про уток, коров, свиней, лошадей и пластиковые мешки для удобрений. Тональность ля-мажор. — Долговязый Боб дунул в камертон.

— Он же спятил, — прошептал Саймон, лежавший под «Лендровером» Долговязого Боба.

— И то верно, — согласился мистер Х. — А ведь куплет про мешки с удобрениями — самый лучший. С большой кучей здесь и большой кучей там.

— У меня есть план, — прошептал Саймон. — Если мне удастся добраться до… — Он запнулся.

— Сарая для инструментов, — подсказал мистер Х.

— Благодарю, — сказал Саймон. — Значит, сарай для инструментов.

* * *

— Вы при оружии? — поинтересовался президент США. — У вас есть ствол? Пушка есть?

— Нет, господин президент, прошу прощения. — Рэймонд вел глав государств по коридору. — Удачно, что ключ оказался в замке, — добавил он, прежде чем кто-либо успел спросить. — Нам нужно найти профессора Мерлина.

— У него есть оружие?

— Нет, зато у него есть огромный корабль, на котором мы сможем сбежать.

— Я хочу сбежать на большом корабле, — заявил британский премьер.

— Так тому и быть, — ответил Рэймонд. — Давайте попробуем сюда, мне кажется, я что-то слышу.

* * *

— Ой, ай, о горе мне, Господи помилуй. — Дисекто издал совершенно неубедительный стон боли. — О, проявите же милосердие, пожалуйста.

— Заткнись! — рявкнул король, уже без маниакального смеха. — Тебе отрубили голову. Ты не должен продолжать вот это: «Ой, больно, ой, горе мне». Умирай в муках, как подобает мужчине, ради всего святого.

— Ох, батюшки, — отозвался Дисекто, — я помер.

— Нет, не помер.

— Да помер же.

— Нет, не помер.

— Да, помер, — хором отозвались циркачи.

— А ну заткнуться всем! Прихвостень, разожги дьявольски горячий стул для пыток. Посмотрим, кто тут хочет поджариться.

— Можно мне попробовать, пожалуйста? — вызвалась Феникс.

— Хи-хи-хи, хо-хо-хо, ха-ха-хохо, — зашелся король. — И хихик-хи-хи в придачу. Значит, дьявольски горячий стул, решено.

* * *

— Да, звук определенно доносится отсюда, — Рэймонд толкнул дверь.

— Могли бы сначала постучать, — заметила висящая прелесть.

— Прошу прощения. — Покрасневший Рэймонд захлопнул дверь.

— Я хочу заглянуть внутрь, — заявил британский премьер.

— Лучше не надо, — сказал Рэймонд. — Давайте попробуем сюда.

* * *

— Поджаривайся! Ха-ха, хихи-хи-хе.

— О-о-о! — заголосила Феникс в притворной агонии. — Ой, кричу. Ой, хныкаю.

— Недостаточно горячо. — Толстый король ткнул пальцем в стул. — О-о-ой! — взвизгнул он. — Ой, кричу. Ой, хныкаю.

— Можно я поцелую, чтобы прошло? — спросил доктор Бактерия.

* * *

— Определенно сюда, — сказал Рэймонд, распахивая следующую дверь. И точно. На него смотрела дюжина внушительных стволов.

— Руки вверх, — скомандовал офицер.

— Вот, — сказал Рэймонд. — Я же говорил, что они здесь.

* * *

— Мы здесь! — воскликнул Долговязый Боб. — Приди к нам, о Великолепнейший! Приди к нам, Ваше Величество!

Дверь большого курятника со скрипом отворилась. Изнутри хлынул яркий белый свет.

Сквозь ослепительное сияние, размывавшее очертания, выступило нечто чудовищное. Оно было выше мистера Хилсэвиза и гораздо мощнее сложено. С вечера оно явно подросло, и по мере того, как оно тяжелой поступью двигалось по освещенному фонарями двору, становилась очевидна вся чересчур-ужасность этого существа.

— Чтоб мне провалиться, — сказал первый серый человек. — Это что, Бигфут?

У существа и впрямь были огромные лапы. Здоровенные куриные ступни с когтями, как у велоцираптора (велоцирапторы! Спилберг, должно быть, их выдумал). Они вспарывали землю, поднимая облачка пыли.

Ноги были жилистыми, а темное оперение скрывало все то неприглядное, что болталось между ними. Мощную грудь покрывала чешуйчатая сеть серебристо-голубых перьев, а плечи были широкими и мускулистыми. На массивной голове с тошнотворными глазами и ужасающим клювом возвышался высокий темный хохолок.

— Слава Курице-Феру, — Долговязый Боб и его последователи пали на колени. Почуяв шанс, Лиза бросилась наутек.

— СТОЯТЬ. — Голос, донесшийся из жуткого клюва, эхом разнесся по двору фермы. Инспектор Д’Рянь едва сдержал непроизвольное мочеиспускание, а с лица констебля Дерека мигом слетела улыбка.

— Стоять.

Ноги у Лизы подкосились, и она рухнула на землю.

— Принесите мне мою жертву, — повелел Курице-Фер.

* * *

— Принесите мне того остолопа в черном кожаном костюме, — распорядился король Эдди, и солдаты поспешили исполнить приказ. Один из них сбил Рэймонда с ног прямо к стопам толстяка.

— А у тебя неплохой костюмчик, — прокукарекал король. — Я подарил точно такой же своему сыну Уилфреду на день рождения. У него, конечно, на воротнике был королевский логотип.

Король присмотрелся. — У тебя на воротнике тоже королевский логотип.

— А ваш сын ездит на «Харлей-Дэвидсоне»? — спросил Рэймонд.

— Я хочу «Харлей-Дэвидсон», — подал голос британский премьер.

— Молчать! Где мой сын Уилфред?

Рэймонд поднялся на ноги и переключился в режим «Саймона».

— Я взял вашего сына в заложники, — объявил он. — Пока что с ним ничего не случится, но если я не вернусь в самое ближайшее время вместе с профессором, его цирком и всеми этими главами государств, то кто знает, что может сотворить с ним мой безумный брат — тот самый, что заикается и помешан на лезвиях да глазных яблоках.

— О боже, — завыл король. — О горе, о пощадите.

— Так что мы пойдем, — улыбнулся Рэймонд. — Если вы, конечно, прикажете своим солдатам сложить оружие.

— О горе, — запричитал король. — Не знаю, что и делать.

— Я бы на вашем месте настоятельно рекомендовал прибегнуть к сценарию с разоружением, — заметил профессор Мерлин. — Разумеется, говорю я это как беспристрастный наблюдатель.

— Да-да. Бросить оружие!

Солдаты побросали винтовки.

— Пошли, — скомандовал Рэймонд.

— Папочка! — в боковую дверь ворвался изнеженный юноша в насквозь промокшем сюртуке. — Какой-то гадкий мальчишка украл мой костюм и мой байк!

— Оружие к бою! — взревел король. — И открыть огонь без разбора! Только не в мою сторону.

* * *

— Надо стрелять, — подал голос инспектор Д’Рянь. — Где П...

— Нет, умоляю, — констебль Дерек поднял ладонь. — Только не произносите это снова.

* * *

— Может, пристрелить эту тварь? — спросил серый человек номер три. У людей в сером была довольно навороченная экипировка — прямиком с оружейного завода «АКМЕ», Эдем.

— Мне платят не за то, чтобы я палил по таким монстрам, — отозвался серый человек номер два. — Лично я сматываюсь.

— Эй, — позвал серый номер один, не отрываясь от специального бинокля. — А что это за типы в черном крадутся по заднему двору фермы?

* * *

— Ко мне её! — взревел Курице-Фер, и это был воистину грозный рев. — Дайте мне её сожрать! Приведите её ко мне сейчас же!

* * *

— Огонь! — рявкнул король, и солдаты взвели курки.

— Простите, — шепнул Рэймонд профессору. — Кажется, я всё запорол.

— Огонь!

Солдаты нажали на спусковые крючки, но тут с неба с оглушительным свистом что-то рухнуло, врезалось во дворец и с грохотом взорвалось.

— Проклятые сатурниане! — Король, отлетевший в сторону от удара, вскочил на ноги. — Их тут не должно было быть! Мои ВВС всё ещё в отпуске, они ещё не вернулись!

Дворец сотряс ещё один взрыв.

— Пора показать класс, — сказал профессор Мерлин. — Ты готов, Рэймонд?

— К чему?

Профессор выбросил вперед телескопический палец. Тот пролетел через весь зал, ткнул ближайшего солдата в глаз, выбил оружие из его рук и швырнул прямо в руки Рэймонду.

— На твоем месте я бы пленил короля, — посоветовал профессор Мерлин.

— Руки вверх, — скомандовал Рэймонд, упирая ствол в большую жирную голову короля. — И велите своим солдатам снова бросить оружие.

— Делайте, как он говорит. Делайте, как он говорит!

Солдаты вновь побросали оружие и стали возмущаться.

В этот момент совсем рядом прогремел очередной взрыв, и они бросились врассыпную.

— Пошли, — сказал Рэймонд. — Работы еще невпроворот.

* * *

Люди в черном заняли позиции.

Дик Годольфин подтолкнул Лизу в спину. — К своему хозяину, — приказал он.

А в сарае для инструментов Саймон посветил вокруг фонариком и спросил:

— Что я вообще здесь делаю?

* * *

— Сюда, — сказал Рэймонд, подталкивая короля.

— Почему именно сюда? — спросил профессор.

Рэймонд указал на табличку на двери: «Секретная комната голографического вещания».

— Ага! — воскликнул профессор. — Ну не удачно ли вышло?

— Еще бы, — отозвался Рэймонд. — А теперь живо, давайте с этим покончим.

* * *

Если бы кто-то искал пустынный пляж, чтобы понежиться на солнышке, то им стал бы именно тот, к которому прибило Рэймонда.

Любители пляжного отдыха давно разбежались.

Над головой кружили сатурнианские корабли — мрачные аэроформы, напоминающие крылатые солнечные диски (дань египетской эстетике), — и изливали огонь на Эутопию.

Снаряды разрывались в море, на песке и вдоль набережной. В общем, не самое лучшее место для солнечных ванн.

Желтый камень трескался. Зиккураты сотрясались.

А следом за кружащими кораблями с небес спустился флот Урана: впечатляющие суда с высокими мачтами и рядами пушечных портов.

Султан стоял у штурвала флагманского военного корабля.

— Мистер прислужник, открыть бомболюки.

— Бомболюки открыты, сир.

— Сбросить груз согласно накладной.

— Груз сброшен, сир.

И сверху посыпались новые бомбы.

* * *

— Выключайте всё, — сказал Рэймонд королю. Они находились в той самой комнате трансляции. — Отключайте все голограммы на Земле.

— Я хочу выключить сам, — вмешался британский премьер-министр.

— Король справится, — отрезал Рэймонд. — Ведь правда, Ваше Величество?

— Вы не понимаете, что творите! — Король Эдди заломил толстые пальцы. — Вы же устроите там полный хаос!

— Ненадолго. Я намерен в самое ближайшее время вернуть всех глав государств домой.

— А мы позаботимся о том, чтобы о вашем существовании стало известно всем и каждому, — отозвался президент.

— О боже, о боже. Что же мне делать?

— Да отойдите вы! — Рэймонд отпихнул толстяка в сторону, взвел курок и разнес секретный блок голографической трансляции на миллион осколков.

— Вот так, — сказал он. — Готово.

— Гм, — кашлянул профессор Мерлин. — Очень основательно. Но не кажется ли тебе, что это может поставить под удар твой план по замене короля Эдди голограммой? Учитывая, что ты уничтожил необходимое оборудование.

— Черт! — выругался Рэймонд.

Грянул взрыв, обрушивший изрядную часть потолка.

— Назад на корабль! — закричал Рэймонд. — Все назад на корабль! — Он навел дуло на короля.

— Пожалуйста, не стреляй.

Рэймонд снова взвел курок и приставил дуло к огромному, жирному и теперь уже совершенно мокрому от пота лбу. — Назовите мне хоть одну вескую причину, почему я не должен этого делать.

— Потому что… — захныкал король. — Потому что…

— Потому что он гораздо полезнее в качестве заложника, — вставил профессор Мерлин. — И потому что ты — «хороший парень», а хорошие парни не стреляют людям в голову.

Рэймонд с облегчением опустил оружие. — Это две веские причины, — сказал он. — А мне нужна была всего одна.