Величайшее шоу за пределами Земли. Глава 26

— Подойди ко мне, — прогремел голос Курице-Фера. Поскольку скотный двор был невелик, Лиза оказалась прямо перед ним, дрожа в своем облачении и едва держась на цыпочках. Курице-Фер сорвал с нее кляп.

— Встань передо мной на колени, девица. Молись мне.

— Молись? — переспросил инспектор Д’Рянь. — Разве это не эвфемизм для…

— Именно так, — Дженни Лестрейд выхватила рацию. — Огонь! — скомандовала она.

И бойцы П.У.К. открыли огонь.

Беспорядочно. В конце концов, они были суровыми мужиками, а живая цель есть живая цель — неважно, та ли это цель, в которую следовало стрелять.

Куры вспорхнули неистовым облаком перьев, пока пули полосовали двор, впиваясь в землю и свистя над головами. Некоторые даже долетели до кустов, служивших укрытием.

— На нас напали! — заорал серый человек номер один, снимая с предохранителя нечто вроде компактной гаубицы. — Открыть ответный огонь!

— Да я, блин, только кур вижу! — крикнул серый человек номер два.

— Тогда стреляй по курам!

— А вот это мне по душе, — отозвался тот, и все серые люди открыли огонь.

— Вражеский огонь на склоне! — проорал мужчина с замазанными сажей глазами. — Накрыть их минометным залпом, большим радиусом!

Бойцы З.В.Е.Р.И. пробивались сквозь куриное месиво к фермерскому дому, где у них хранились запасы оружия.

— Знаю, я должен помочь, — пробормотал мистер Хилсэвиз, лежа под «Ленд-Ровером», — но в книге сказано, что я должен сидеть здесь и ждать… ах, ну да.

По заброшенным железнодорожным путям приближались они. Деревенские жители. И в руках у них были горящие факелы.

— Молитесь мне, — прокукарекал Курице-фер, не обращая ни малейшего внимания на пальбу, крики и кур. — Настают последние времена, и я явлюсь.

Если не таково зло, то что тогда?

* * *

— Бегом! — взревел Рэймонд. Они были уже за пределами дворца, где воцарился полный хаос. В небе военные самолеты Сатурна вели грандиозную битву с флотом Урана. Сверху сыпалось всё подряд: бомбы, обломки самолетов, мачты, люди, снова бомбы.

— Я не могу бежать, — сказал профессор. — Оставьте меня здесь.

Геракл, силач, которому до сих пор не досталось особой роли, подхватил старика на руки.

— Мы поскачем. — Леди Алостраэль произнесла слова силы. Поднялся ветер, а вместе с ним начали обретать плоть неведомые формы. Лошади. Огромные белые кони, правда, слегка размытые по краям. — Садитесь. Все. Они долго не продержатся. Живее!

— Я хочу на мотоцикле, — заявил британский премьер-министр.

— Тебе сейчас по ушам прилетит, — отрезал Рэймонд. — Живо на лошадь!

* * *

Ничто так не убеждает солдат срочной службы вернуться в строй, как полномасштабная атака на город — это куда эффективнее, чем сидеть без дела, попивать чаек и пялиться в телевизор.

Солдаты в красно-белой форме хлынули из казарм.

Странная кавалькада полупрозрачных лошадей — на одной из них поперек седла был перекинут король, а во главе её парень в кожаном костюме принца, восседавший на мотоцикле, — пронеслась мимо солдат на предельно близком расстоянии.

Солдаты проводили их взглядами, оценили обстановку, пришли к единодушному решению и бросились в погоню.

* * *

Саймон отступил от двери сарая. Он всё видел и понимал, что должен что-то сделать. Но понятия не имел, что именно. В отчаянии он обвел сарай лучом фонарика. Помещение было забито краденым сельхозинвентарем — Долговязый Боб, должно быть, тащил всё подряд годами. Но если только у него здесь не был припрятан танк «Шерман», ни одна из этих вещей не могла помочь. Свет фонаря метнулся по углам и выхватил нечто, наполовину прикрытое мешками с удобрениями.

Это была могучая косилка «Аллен» мистера Хилсэвиза.

— Бум-шанка, — пробормотал Саймон.

* * *

— Мы вообще-то должны стрелять в Саймона, а не в этих психов в черном, — рявкнул серый человек номер один и выпустил очередную очередь.

— А я в основном только по курам палил, — отозвался серый человек номер два.

— А я только что пристрелил собаку браконьера, — добавил серый человек номер три.

Какая жалость.

* * * «Заводись, заводись», уговаривал Саймон, возясь с косилкой «Аллен».

* * *

— О господи! — завопил Рэймонд. — Посмотрите на причал!

* * *

— Солдаты! — воскликнул профессор Мерлин. — Сколько же их тут!

— Нам не прорваться.

— Что ж, мы обязаны попытаться. В атаку!

* * *

Деревенские жители с факелами уже добрались до ворот фермы. Но из-за всей этой пальбы, из-за того, что бригада Долговязого Боба открыла огонь из фермерского дома, и из-за того монстра, который вот-вот доберется до той монашки... и всего остального... И всего, что происходило вокруг...

У них пропало всякое желание двигаться дальше.

— Вперед! — скомандовал мистер Хилсэвиз. — В атаку!

* * *

— В пасть смерти! — Профессор Мерлин обнажил меч и пришпорил своего тающего скакуна.

Солдаты выстроились перед пароходом «Саламандра». В два ряда. Красное и белое. Прямо как при Роркс-Дрифте, только без Майкла Кейна. Они подняли винтовки, и командовавший ими офицер приготовился отдать приказ «огонь».

Рэймонд поддал газу на «Харлее». Лучшего способа уйти из жизни он придумать не мог.

— П-п-п… плохой до мозга костей, — проорал он и бросил сцепление.

— В атаку! — рявкнул профессор Мерлин, бросаясь вперед.

— Первому ряду ого...

Ракета со свистом пронеслась над головами атакующих всадников, над головой Рэймонда и совсем рядом с головами красно-белых стрелков.

А затем она врезалась в борт «Саламандры».

И грянул чертовски мощный взрыв.

Рэймонд, вильнув, затормозил.

— О нет, — сказал он.

Профессор натянул поводья своего исчезающего скакуна.

— Мой корабль.

Среди дыма и суматохи солдаты поднимались на ноги и подбирали оружие.

— Огонь! — взревел офицер. И солдаты вскинули ружья.

И тут…

И тут…

И тут через огромную зияющую дыру в борту корабля хлынули болельщики «Миллуолла». Две сотни рыцарей с самодельным оружием и скверным характером.

И рыцари уставились на солдат.

И солдаты уставились на рыцарей.

И узрели они: солдаты все как один в красном и белом.

В цветах «Манчестер Юнайтед».

* * *

Бойцы З.В.Е.Р.И. открыли огонь по людям из П.У.К. Люди из П.У.К. открыли огонь по бойцам из З.В.Е.Р.И. Серые люди стреляли и по тем, и по другим. А когда бойцы П.У.К. и З.В.Е.Р.И. не стреляли друг в друга, они палили по серым людям.

Досадно, что никто из них не догадался выстрелить в Курице-Фера, ведь тот как раз собирался сотворить с Лизой нечто невообразимое.

— Приготовиться, — скомандовал мистер Х. факелоносцам. — Это произойдет с минуты на минуту.

И это произошло.

В тот самый момент, когда ужасные когти Курице-Фера сомкнулись вокруг головы Лизы, раздался оглушительный треск дерева и рев мотора.

Могучая косилка «Аллен» вырвалась из сарая, а сзади в неё вцепился Саймон. Огромные цельнолитые колеса, обутые в шины от гоночных болидов пятидесятых годов, вспарывали землю, разбрасывая в стороны тех немногих кур, что ещё не успели разлететься, а массивная насадка для стрижки газонов в передней части лязгала острыми, как бритва, зубьями. Туда-сюда. Очень быстро.

Они прошили трибуны, словно те были сделаны из картона, осыпая всё вокруг щепками и опилками вперемешку с перьями и куриными ошмётками.

И Саймон держался за неё.

— Что это?! — Монстр отшвырнул в сторону свою несостоявшуюся коленопреклоненную жертву, и воздел когти. Лиза вскочила на ноги и бросилась бежать. Некий химический импульс в голове Саймона прошептал: «Убей его, приятель».

— Сейчас ты у меня получишь! — завопил Саймон, когда косилка «Аллен» набрала ход.

— Факелоносцы, вперёд! — крикнул мистер Х. у ворот. Деревенские жители перешли на бег.

— Назад! — глаза Курице-Фера вспыхнули адским пламенем, а из открытого клюва повалил сернистый дым. Уцелевшие куры взмыли в воздух с криками «нет-нет-нет» и полетели Саймону прямо в лицо.

Ученик садовника и воин Господень пригнул голову, и косилка вгрызлась в Курице-Фера.

Курице-Фер не дрогнул.

— Идолопоклонник! — взревел он.

Саймон выжал газ до отказа и отпустил рукоятки.

«Аллен» врезалась в ноги Курице-Феру. Огромные лезвия резали. Кромсали. Жутко. Монстр визжал и лягался. Из обрубка ноги хлестала кровь. Тяжёлая машина терзала его. Подмяла его, вгрызаясь в плоть. Кровь. Мясо. Мерзость.

И поделом ему.

А тут подоспели деревенские.

— Вернись в бездну, откуда пришел! — Мистер Хилсэвиз размахивал своим горящим факелом. — Гори в огне Аида, там тебе самое место!

И жители деревни швырнули факелы.

Существо вспыхнуло синим пламенем. Оно всё ещё визжало и дрыгалось. Языки огня лизнули косилку. Добрались до бензобака.

— Бегите! — посоветовал мистер Х. — Спасайтесь, я читал, что будет дальше.

И деревенские бросились наутёк.

А бойцы П.У.К. и мужчины, и женщины из З.В.Е.Р.И., и серые люди на холме — все те, кто до этого воздерживался от стрельбы, чтобы не усложнять картину, — пригнули головы, когда неизбежное свершилось.

Грохнуло так, что мало не показалось.

* * *

— Всем назад на корабль! — заорал Рэймонд, пока вдоль причала гремели новые взрывы. — Живо, на борт!

Болельщики «Миллуолла» вбивали в солдат всю свою футбольную ярость. И кто их осудит? У них накопилось немало претензий к миру.

— Живее! — кричал им Рэймонд. — Тут война идет! Возвращайтесь на корабль, пора домой.

— Это что, Арни? — спросил скинхед по прозвищу Винни, с размаху пиная поверженного солдата.

— Арни! Ар-ни! Ар-ни-Ар-ни! А-а-арни! А-а-арни!

— Давайте, пошли!

* * *

Тем временем высоко в небе Султан Урана попал в переплет.

— Мы горим, — пролепетал его раболепный прислужник. — Кажется, это доказывает, что самолеты всё-таки получше кораблей.

— Ты меня достал, — отрезал султан, схватил прислужника за штаны и вышвырнул за борт.

— А-а-а-а-а-а-а-а! — закричал прислужник. Оно и понятно.

— И скатертью дорога, черт возьми! — Султан крутанул штурвал, отчаянно пытаясь лечь на обратный курс. Крылатый диск Сатурна выпустил залп ракет.

Бабах!

И поминай как звали.

Султана Урана больше не существовало.

* * *

— Пошли. Я не шучу.

Воины «Миллуолла», завидев внушительный отряд красно-белых, который уже высыпал на причал вместе с бронетехникой, полугусеничными тягачами и прочим добром, совершили стратегическое отступление на палубу «Саламандры», где принялись осыпать наступающие войска грубыми ругательствами и демонстрировать им голые задницы.

— Корабль-то еще сможет летать? — спросил Рэймонд в рулевой рубке.

— Разумеется, мой дорогой мальчик. Не встать ли мне к штурвалу?

— Вы шутите, профессор.

— Я хочу быть рулевым, — заявил британский премьер.

Рэймонд обернулся и совершил то, о чем всегда мечтало целое поколение британской молодежи: одним точным ударом в челюсть уложил премьер-министра на пол.

— А теперь вперед.

— А как же самолеты и космические корабли?

В небо взмыли ракеты наземного базирования. Уцелевшие самолеты и корабли поспешно ретировались, чтобы попытать счастья в другой раз.

— Курс на Северный полюс, — скомандовал профессор Мерлин. — И поднажми, ради всего святого.

Стрельба вокруг фермы Долговязого Боба стихла. Люди с вымазанными сажей лицами обыскивали ряды сникших бойцов З.В.Е.Р.И., стоявших теперь с поднятыми руками у стены фермерского дома. Похоже, боевой дух их окончательно испарился.

— Вы все арестованы, — объявил инспектор Д’Рянь. — Обвинений столько, что статей не напасешься. А ты куда собрался, Саймон?

Саймон, который обняв Лизу, тихонько пытался улизнуть, отозвался: — И в самом деле, куда?

— Думаю, он собирается отвезти свою девушку домой, — предположила главный инспектор Лестрейд.

— Он под арестом, — отрезал Д’Рянь. — Он серийный убийца, если что.

— Женщина, которую я якобы убил, стоит вон там с поднятыми руками, — заметил Саймон. — И я полагаю, что Рэймонд с минуты на минуту вернется домой. А еще ты украл мой выигрыш, жулик.

Инспектор Д’Рянь рассмеялся: — Украл я, как же.

— Вы украли, сэр, — вмешался констебль Дерек. — Не могу я больше покрывать кражу его денег. Это он сделал, мэм, шеф. Он присвоил выигрыш Саймона. Около полумиллиона фунтов. Они спрятаны у него в сарае.

Главный инспектор Лестрейд улыбнулась той самой легкой улыбкой, что так удается Хелен Миррен.

— Меня направили сюда не только возглавить эту оперативную группу, но и расследовать жалобы на коррупцию в полиции, поданные на вас, инспектор. Думаю, теперь можно смело сказать: вы попались, не так ли?

* * *

— Думаю, можно сказать, что мы справились, — Рэймонд восседал во главе стола в главном салоне. Корабль шел на автопилоте — или на чем там еще. Вокруг толпились циркачи, поднимая бокалы. И главы государств внутренней Земли, тоже поднимая бокалы. Все, кроме одного, который лежал без сознания на полу в рубке.

И короля, который сидел связанный в трюме под присмотром двух сотен охранников.

— Ты одержал победу, — произнес профессор Мерлин. — Теперь вся внутренняя Земля узнает правду о тех, кто обитает наверху. С королем в качестве заложника, с уничтоженными голограммами и главами государств, вернувшимися к власти, зная то, что они знают теперь, думаю, эдемитов удастся убедить изменить свое поведение. А ядерных ракет на Земле больше, чем в Эдеме. Угроза парочки таких «подарков», запущенных через полярные отверстия, может оказаться весьма убедительной, если они станут артачиться.

— Никаких больше войн, — сказал Рэймонд. — Давайте жить дружно. В мире и согласии. — Он поднял бокал. — За мир, и побольше мира!

— Вас ждет смерть, и побольше смерти, — раздался голос откуда-то сверху.

Рэймонд не придал особого значения сильному рыбному запаху, который уловил до этого в салоне. Наверное, буйабес начал портиться.

Все присутствующие подняли глаза.

К огромному куполу потолка прилепился Абдулла, летающая морская звезда с Урана.

— Как удачно, что вы все собрались в одном месте, — заметил Абдулла. — Теперь я смогу прихлопнуть вас одним махом.

Его отвратительная центральная часть раздулась, исторгая нечто невидимое, но плотное. Прозрачный купол накрыл всех, кто был внизу.

— А теперь, — изрек мерзавец, — я выкачаю воздух, и вы все подохнете, так-то.

— Нет, нет, нет! — раздалось дружное «нет» на многих языках. И послышался яростный стук по куполу. А еще крики.

— Попрощайтесь с Абдуллой. — Летающая морская звезда глубоко вдохнула.

Воздух покинул прозрачный купол.

— Прощайте.

Рэймонд судорожно схватился за горло. Главы государств сползали на пол, кашляя и задыхаясь. Профессор схватился за грудь. Циркачи, серые от ужаса, пошатываясь, валились с ног.

— Нет, — Рэймонд попытался вдохнуть, но воздуха больше не было.

Все было кончено.

И это было так ужасно несправедливо.

— Скажите «прощай», — расхохотался Абдулла.

— Прощай, Абдулла. — Голос прозвучал так нежно. Рэймонд едва расслышал его, но, подняв глаза, увидел, как на том, что Абдулла считал своим лицом, отразился неподдельный ужас.

Огромный нос рыбы-пилы вырвался из него ровно посередине, распоров тушу и забрызгав купол ихором. В ту же секунду купол растворился, внутрь ворвался воздух, Абдулла съежился, обмяк и грудой свалился на празднично накрытый стол.

— Зефир? — Рэймонд слабо улыбнулся и потерял сознание.